Энди Уорхол (настоящее имя - Эндрю Вархола) родился 6 августа 1928 года в районе Сохо города Питсбурга, штат Пенсильвания, в семье Юлии и Андрея Вархола, словацких эмигрантов из закарпатской деревни Микова (в настоящее время – Восточная Словакия). Позже он умышленно запутывал журналистов и историков, называя другую дату и место своего рождения. Возможно, это объясняется тем, что темперамент художника не позволял ему признать тот факт, что он был сыном эмигрантов из Закарпатья, поскольку истинные обстоятельства его рождения и происхождения его родителей не вписывались в созданную им легенду, в которую он хотел верить. Возможно, объяснение следует искать в приписываемом ему замечании, что сброшенная на Хиросиму атомная бомба навсегда опорочила дату его рождения. И, хотя он никогда не отказывался от своего прошлого целиком, уже в детстве, начиная с возраста десяти лет, он увлекся сочинением своей родословной, в которой на смену именам Заваки и Вархола пришли имена Джин Харлоу и Шерли Тэмпл, безусловно, в большей степени уместные для избранного им себе места рождения – Голливуда.

 

 

Осознав свою «инаковость» уже в раннем возрасте, молодой Энди должен был изнывать по казавшимся ему Изумрудным городом окрестностям Нью-Йорка. Даже родители заметили, что их сын был не такой, как другие дети, и поняли, что он не выживет в городе сталелитейных заводов. Им удалось скопить несколько тысяч долларов на его образование, которые он и потратил на обучение в школе Carnegie Tech, где его учителем стал легендарный Роберт Леппер. Под руководством Леппера Уорхол выполнил ряд проектов по преобразованию окружающей среди индивида, ставших зернами на его творческой мельнице.

 

 

Не удивительно, что после получения диплома в 1949 году Энди Уорхол устремился к ярким огням Нью-Йорка. Здесь Энди пропадал в коридорах модных организаций на Мэдисон-авеню и обивал пороги редакций журналов мод и косметических салонов в поисках работы. Ему повезло, что он учился в школе Карнеги, поскольку в основе программы традиционной художественной школы лежало обучение утилитарным навыкам того, что позже назвали промышленным дизайном. Существует свидетельство того, что его первой профессиональной работой было создание иллюстраций к статье под названием «Успех – это работа в Нью-Йорке» для журнала Glamour. Эта и другие ранние работы принесли Уорхолу почти мгновенный успех. На протяжении последующих двух лет он был самым востребованным и высокооплачиваемым иллюстратором в Нью-Йорке. В 1950-е годы он зарабатывал примерно сто пятьдесят тысяч долларов в год, однако, он мечтал о “высоком искусстве”.

 

 

Объединив свое богатое воображение и способность рисовать быстро с советами великих деятелей рекламы, художник постиг, как заставить наилучшим образом работать слоган «продайте звук жарки стейка, а не сам стейк». Идея рекламной раскрутки, создания мифа, легла в основу художественного кредо Уорхола. Создав рекламные изображения всего на свете, в начале 1960-х годов он совершил скачок, сделав продукты массового потребления темой своего искусства.

В начале 1960-х годов Уорхол сделал первые карандашные рисунки с изображением долларовых банкнот. Идея этих произведений была подсказана художнику одним из арт-дилеров. Примерно в это же время появляются и работы с изображением банок супа Campbell's. Выставка этих работ, состоявшаяся в 1962 году, стала настоящей сенсацией. 

 

 

С 1962 года для создания своих произведений Уорхол стал применять технику шелкографии, дававшую возможность бесконечно повторять одни и те же образы. Монотонное повторение становится характерной чертой его творчества.

На протяжении многих лет изменяются только сюжеты и цветовые фильтры, сам принцип сохраняется. "Я хочу быть машиной, - говорил художник. - Я хочу, чтобы все мыслили одинаково".

 

 

Уорхол упорно трудился, говоря: «Я должен добиться успеха». Он успешно работал с прошлым людей, придавал им новый лоск, переименовывал их и делал их шикарными.

 

 

Энди Уорхол создал искусство. Благодаря его таланту имя Мэрилин Монро или ее изображение сравнивают с изображениями Моны Лизы или Нефертити. Уорхол был человеком мира, того мира, который он так отчаянно хотел понять. По этой причине он создал собственную версию этого мира, и настолько великолепным было его творение, настолько точным подражание, что мы до сих пор смотрим на этот мир, перекраиваем в соответствии с ним свои мечты даже сегодня.